Маленькая девочка из киевского двора на Бассейной улице, которая пряталась за заколоченной досками дверью, когда по городу ходили слухи о погроме, выросла в одну из самых жёстких и решительных политических фигур ХХ века. Голда Меир, урождённая Голда Мабович, никогда не писала длинных трактатов специально об Украине. Однако её детские воспоминания о Киеве, страх перед насилием и знаменитые фразы о праве на жизнь сегодня звучат в украинских городах громче, чем когда-либо. Её слова о том, что соседи хотят видеть тебя мёртвым, а ты хочешь жить, стали почти народными. Внук Голды Шауль Рахаби прямо сказал: если бы бабушка была жива, она бы стояла на стороне Украины.
Киев для неё остался не романтическим воспоминанием, а местом, где сформировалось понимание, что безопасность никогда не даётся даром. Именно этот опыт делает её фигуру такой близкой современной Украине, которая ежедневно отстаивает своё право на существование.
Киевское детство: голод, холод и стук молотка по доскам
Голда Мабович родилась 3 мая 1898 года в Киеве, в семье плотника Моше-Ицхака Мабовича и Блюмы Найдич. Семья жила бедно. Отец пытался найти работу, мать вела хозяйство, а дети постоянно чувствовали, что еды и тепла не хватает. В автобиографии «Моя жизнь» Голда описывает эти годы без прикрас: «Я помню бедность, голод, холод и страх. Никогда ничего не было вволю — ни еды, ни тёплой одежды, ни дров».
Самое сильное воспоминание связано с ожиданием погрома. Ей было около четырёх лет. Семья жила на первом этаже маленького дома. Ходили слухи, что толпа с ножами и палками собирается искать евреев. Отец и сосед заколачивали входную дверь досками. Голда стояла на лестнице, держась за руку соседской девочки, и смотрела, как взрослые пытаются защитить дом тем единственным способом, который у них был. Погрома в тот день не случилось. Но страх остался на всю жизнь. Позже она говорила, что этот стук молотка она слышит до сих пор.
Семья вскоре вернулась в Пинск, а в 1906 году эмигрировала в США. Киев остался позади, но не исчез из памяти. Голда неоднократно подчёркивала: из России она не вывезла ни одного счастливого воспоминания. Только страх, голод и понимание, что если ты слабый, тебя могут уничтожить просто за то, кто ты есть.
От киевской бедности до премьерского кресла
В Америке Голда выросла, стала активисткой сионистского движения и в 1921 году уехала в Палестину вместе с мужем Моррисом Меерсоном. Там она работала в кибуце, занималась партийной работой, собирала деньги для будущего государства. В 1948 году она вошла в число подписантов Декларации независимости Израиля. Вскоре её отправили послом в Москву. Это был короткий, но очень важный период. Голда увидела, как советские евреи тянутся к израильскому флагу, и одновременно столкнулась с нарастающим государственным антисемитизмом. После возвращения она стала министром труда, затем министром иностранных дел, а в марте 1969 года — премьер-министром.
На посту премьера ей пришлось вести страну через Войну на истощение и Войну Судного дня 1973 года. Именно тогда прозвучали её самые жёсткие и точные формулировки. «Мы намерены остаться в живых. Наши соседи хотят видеть нас мёртвыми. Это не тот вопрос, который оставляет много места для компромисса». Эти слова сегодня цитируют украинские политики, дипломаты и обычные люди.
Голда Меир никогда не идеализировала компромисс, когда речь шла о самом существовании государства. Она считала, что нельзя договариваться с тем, кто открыто говорит о твоём уничтожении.
Как слова Голды Меир зазвучали в современной Украине
После февраля 2022 года имя киевской уроженки внезапно оказалось на устах у тысяч украинцев. Её цитаты адаптировали под новую реальность. Классическая фраза «Если арабы сложат оружие — насилия больше не будет. Если евреи сложат оружие — Израиля больше не будет» превратилась в «Если Россия сложит оружие — войны не будет. Если Украина сложит оружие — Украины не будет». Эти слова писали на стенах, печатали на плакатах, цитировали солдаты.
Президент Владимир Зеленский в обращении к Кнессету напомнил именно слова Голды: «Мы хотим жить. Наши соседи хотят, чтобы мы исчезли». Глава Офиса президента Андрей Ермак в мае 2025 года, в день рождения Меир, снова процитировал эту фразу и добавил: путь Голды — это путь решимости, преданности народу и невероятной силы воли. В самые тяжёлые времена она не сломалась.
Внук Голды Шауль Рахаби в интервью украинским СМИ в 2024 году сказал прямо: «Я уверен, что моя бабушка, если бы она была жива, была бы горячей сторонницей Украины. Усилий Украины, её стойкости перед лицом российской агрессии и террора». Он подчеркнул, что Голда критически относилась к Советскому Союзу и никогда не доверяла ему. СССР поддерживал врагов Израиля, и это она хорошо помнила.
Параллели между Войной Судного дня и нынешней войной в Украине проводили многие. Внезапное нападение, недооценка угрозы разведкой, тяжёлые первые дни, необходимость мобилизовать все силы и добиваться оружия у союзников. Фильм «Голда» с Хелен Миррен, вышедший в украинский прокат в 2024 году, усилил эти ощущения. Многие зрители говорили, что смотрели не просто биографию, а зеркало собственной войны.
Что именно связывало Голду Меир с украинской землёй
Голда не идеализировала Киев. Для неё это было место страха и нужды. В мемуарах она честно пишет, что радостных воспоминаний почти не осталось. И всё же именно киевский опыт стал фундаментом её характера. Она часто рассказывала детям и внукам о тех годах и радовалась, что для них это уже только история, а не личный ужас.
В современной Украине её воспринимают как «свою». В 2018 году, к 120-летию со дня рождения, украинские власти и еврейская община активно вспоминали киевскую уроженку. В 2026 году в Киеве прошла выставка «Голда Меир. Коріння з України». Её имя используют в названиях институтов и инициатив, связанных с израильским опытом безопасности и государственного строительства.
Вот как выглядят ключевые параллели, которые чаще всего проводят между опытом Голды и сегодняшней Украиной:
| Аспект | Опыт Голды Меир / Израиля | Ситуация в Украине |
|---|---|---|
| Угроза существованию | Соседи открыто говорили о желании уничтожить государство | Россия отрицает право Украины на самостоятельное существование |
| Отношение к компромиссу | «Между жизнью и смертью компромисса нет» | Любые «нейтралитеты» и «демилитаризации» воспринимаются как капитуляция |
| Опыт детства / исторической памяти | Погромы, страх, бессилие перед насилием | Голодомор, репрессии, нынешняя война на уничтожение |
| Необходимость внешней помощи | Критическая зависимость от американского оружия в 1973 году | Постоянная потребность в западных поставках вооружений |
Данные таблицы основаны на автобиографии Голды Меир «Моя жизнь» и публичных заявлениях украинских политиков 2022–2025 годов (nv.ua, заявления Офиса Президента).
Голда Меир учила простому, но жёсткому правилу: государство, которое показывает слабость, обречено. Она говорила, что Израилю простят многое, кроме одного — слабости. Эта мысль сегодня особенно остро звучит в украинском контексте.
Почему фигура Голды Меир остаётся живой
Голда умерла в 1978 году. Но её слова продолжают работать. Они работают потому, что опираются не на красивые лозунги, а на прожитый опыт. Девочка, которая в четыре года смотрела, как отец забивает дверь досками, выросла в женщину, которая в семьдесят лет вела страну через войну на выживание. Она не любила пафоса. Она любила ясность.
В украинском обществе её образ соединил несколько важных вещей сразу: украинское происхождение, еврейскую историю сопротивления, опыт маленькой страны, которая отказывается исчезать, и понимание, что безопасность нужно завоёвывать каждый день. Именно поэтому её цитаты появляются на митингах, в речах политиков, в разговорах солдат и в обычных семейных обсуждениях.
Киев, из которого когда-то бежала семья Мабовичей, сегодня помнит свою дочь. И слова, которые она произносила о праве на жизнь, звучат здесь особенно близко и особенно громко.
