Оскарносная актриса Энн Хэтэуэй вместе с мужем Адамом Шулманом воспитывает двоих сыновей — Джонатана Роузбэнкса, родившегося 24 марта 2016 года, и Джека, появившегося на свет в ноябре 2019-го. В июне 2026 года пара объявила, что ждёт третьего ребёнка, и Энн, которой сейчас 43 года, назвала эту беременность «броском на последней секунде».
Семья сознательно держит личную жизнь под замком: лица мальчиков почти никогда не попадают в объектив, а сама актриса неоднократно подчёркивала, что главная задача родителей — дать детям возможность самим определять свою историю. При этом Хэтэуэй открыто говорит о радости материнства, о том, как сыновья изменили её приоритеты, и о том, что баланс между карьерой и домом остаётся для неё вечной задачей.
Сейчас Джонатану десять, Джеку шесть, и оба уже достаточно взрослые, чтобы вместе с родителями наслаждаться простыми семейными ритуалами — от вечерних прогулок до совместных просмотров фильмов. Третий малыш станет новым витком этой тихой, но очень насыщенной семейной жизни.
Брачная история Энн Хэтэуэй и ювелира Адама Шулмана началась ещё в 2008 году. Они поженились в сентябре 2012-го в уединённом уголке Биг-Сюра, и с тех пор их союз выглядит одним из самых устойчивых в Голливуде. Шулман, который на несколько лет старше жены, никогда не стремился к публичности, и именно эта сдержанность стала фундаментом их семейной политики. Когда в 2015-м у пары случился выкидыш, они пережили его тихо, без громких заявлений. А уже через год, 24 марта 2016-го, на свет появился первенец.
Джонатан Роузбэнкс Шулман — старший сын с необычным средним именем
Среднее имя мальчика — Роузбэнкс — получилось настоящим семейным коктейлем. Оно соединяет имя бабушки Энн по отцовской линии, Розелин, и девичью фамилию матери Адама. Получилось нежно и одновременно солидно. Энн позже признавалась, что хотела, чтобы имя сына несло в себе кусочек обеих семей, и получилось именно так.
Первые месяцы материнства актриса переживала особенно остро. Она рассказывала, как впервые почувствовала, что теперь отвечает не только за себя. При этом Хэтэуэй сознательно отказывалась выкладывать фотографии сына в соцсети. Однажды она всё-таки опубликовала снимок затылка Джонатана и почти сразу пожалела об этом: «Я словно нарушила какую-то печать». С тех пор лица детей практически не появляются в публичном пространстве.
К десяти годам Джонатан уже успел стать настоящим собеседником для родителей. Энн отмечала, что сейчас они с Адамом находятся в «очень весёлой зоне», когда дети уже достаточно взрослые, чтобы вместе ходить в музеи, обсуждать книги и просто болтать за ужином. Старший сын, по словам матери, обладает спокойным характером и большой наблюдательностью — качествами, которые актриса ценит особенно высоко.
Джек Шулман — младший сын, чьё имя долго держали в секрете
Второй мальчик родился в ноябре 2019 года. Имя Джек родители раскрыли только тогда, когда сыну исполнилось почти одиннадцать месяцев. Такое решение снова было продиктовано желанием защитить ребёнка от лишнего внимания. Пока старший уже ходил в школу, младший оставался «домашним» малышом, и Энн говорила, что именно в эти годы особенно остро ощущала, насколько разным может быть материнство с каждым следующим ребёнком.
Джек вырос более подвижным и эмоциональным. В редких комментариях актриса упоминала, что младший сын обожает движение, музыку и всё, что связано с приключениями. При этом оба мальчика прекрасно ладят между собой. Разница в три с половиной года оказалась идеальной: старший уже может помогать младшему, а младший заряжает старшего энергией.
К 2026 году Джеку исполнилось шесть. Он уже ходит в школу, и родители отмечают, что именно сейчас семья находится в том самом «сладком» возрасте, когда дети ещё маленькие, но уже достаточно самостоятельные, чтобы вместе наслаждаться простыми радостями — пикниками в парке, вечерними чтениями и семейными кинопросмотрами.
Как Энн Хэтэуэй защищает детей от внимания публики
Для актрисы приватность — не просто каприз, а осознанная стратегия. Она неоднократно подчёркивала, что дети имеют право сами решать, когда и как их лица появятся в публичном пространстве.
В интервью последних лет Хэтэуэй прямо говорила: «Моя семья — это команда. И одна из потребностей детей заключается в том, чтобы они могли сами определять свою жизнь». Именно поэтому на красных дорожках, премьерах и даже на обычных прогулках сыновей почти никогда не видно. Если и появляются редкие кадры, то обычно со спины или в головных уборах, скрывающих лица.
Такой подход вызывает уважение у многих коллег. В Голливуде, где дети звёзд нередко становятся частью семейного бренда, решение Хэтэуэй и Шулмана выглядит почти радикальным. При этом актриса не прячется от разговоров о материнстве. Она охотно делится эмоциями, страхами и радостями, но никогда не превращает сыновей в контент.
Третья беременность в 43 года: «бросок на последней секунде»
В июне 2026 года Энн Хэтэуэй опубликовала короткое видео в Instagram. В белом струящемся платье она вышла в кадр, держа руки на животе, а затем опустила их, открывая округлившийся животик. Подпись была простой и трогательной: «x Baby, I’m yours x». Песня Барбары Льюис «Baby I’m Yours» звучала идеальным саундтреком к этому моменту.
Актриса позже призналась, что ожидания были очень скромными. В 43 года она уже не загадывала, но жизнь преподнесла сюрприз. В интервью Сета Мейерса она в шутку назвала эту беременность «buzzer-beater» — броском, который залетает в корзину в самую последнюю секунду. Фраза мгновенно разлетелась по сети и стала почти официальным названием третьего ребёнка в СМИ.
Сейчас Энн продолжает работать. 2026 год для неё оказался одним из самых насыщенных в карьере: сразу несколько крупных проектов выходят на экраны. При этом она признаётся, что чувствует себя «крайне сюрреалистично». Совмещать съёмки, премьеры и растущий живот — задача не из лёгких, но поддержка Адама и уже подросших сыновей помогает держать баланс.
Как материнство изменило Энн Хэтэуэй
До рождения детей актриса часто говорила, что очень хочет стать мамой, но при этом понимала: какой именно матерью она будет, зависит от самих детей. После появления Джонатана и Джека она не раз отмечала, что материнство оказалось и сложнее, и радостнее, чем она могла представить.
В одном из интервью Хэтэуэй призналась, что иногда чувствует себя «очень побеждённой самой идеей баланса». Карьера, дом, двое мальчиков, теперь ещё и третий — всё это требует постоянной перестройки. При этом она подчёркивает, что именно семья даёт ей ощущение опоры. Адам, по её словам, — «партнёр мечты», который всегда на связи и умеет держать тыл, когда она уезжает на съёмки.
Интересно, что актриса продолжает оставаться публичной фигурой, но её публичность теперь имеет чёткие границы. Она может говорить о политике родительского отпуска, о трудностях совмещения работы и детей, о своих страхах и радостях. Но лица сыновей, их привычки, их характеры — всё это остаётся строго внутри семьи.
Семейные ритуалы и повседневная жизнь
Несмотря на плотный график, Хэтэуэй и Шулман стараются сохранять простые семейные традиции. Вечерние ужины без телефонов, совместные прогулки, чтение вслух — всё это остаётся в приоритете. Энн рассказывала, что сейчас, когда сыновья уже достаточно взрослые, они особенно ценят возможность просто «тусоваться» вместе.
Адам, будучи ювелиром и человеком творческой профессии, часто подключается к творческим проектам детей. А Энн, несмотря на звёздный статус, предпочитает оставаться «обычной мамой», которая знает, где лежит любимая игрушка Джека и какие книги сейчас читает Джонатан.
С приближением третьего ребёнка семья, конечно, готовится к новым изменениям. Но судя по тому, как спокойно и уверенно Хэтэуэй говорит об этом, они уже научились принимать любые повороты жизни с юмором и теплотой.
Энн Хэтэуэй дети — это не только имена и даты рождения. Это целая философия приватности, уважения к детской личности и умения совмещать большую карьеру с настоящей, живой семейной жизнью. И пока старшие сыновья растут, а младший ещё только готовится появиться на свет, эта философия продолжает работать — тихо, надёжно и очень по-человечески.
